Представь, что ты стоишь на высоком плато. Перед тобой раскинулся широкий простор, и во все стороны ведут давно протоптанные дороги: широкий тракт капитализма, тропа социализма, извилистые мозаичные пути демократии, каменистые маршруты автократий. Каждая из этих дорог хранит следы целых поколений, у каждой своя история. И каждая из них, если присмотреться, упирается в одну и ту же стену.
Мы чувствуем эту стену, даже когда не называем её. Мы чувствуем её в докладах о климате, которые следуют один за другим, в горящих лесах и перегретых морях. Мы видим её в разрыве между бедными и богатыми, который с каждым кризисом становится шире, и в невидимых людях, для которых в мире труда больше нет места. Мы ощущаем её в демократиях, которые шатаются, и в автократиях, которые крепнут, потому что доверие распалось. И мы чуем её в цифровом тумане бесконечных уведомлений, в алгоритмах, которые пожирают наше время, направляют наши мысли и истрёпывают нашу человечность.
Эта книга есть попытка начертить путь, который не упирается в эту стену. Он называется SOLIS, и он не партийная программа, не религия и не государство. Это проект общественного устройства, способного выдержать условия нашего века: устройства, которое остаётся справедливым, даже когда люди в нём ошибаются, которое выходит из кризисов окрепшим и умеет исправлять само себя. Прежде чем начнётся сам проект, нужно ясно понять, зачем он нужен.
Тупик сложившихся порядков
За свою историю человечество создало несколько больших проектов общественного устройства, и каждый из них достиг чего-то настоящего.
Капитализм высвободил благосостояние и изобретательность в небывалых масштабах. Вместе с тем он разграбил природные основы жизни и расколол общества. Социализм всерьёз отнёсся к обещанию равенства, а в своём реальном воплощении задушил свободу и изобретательский дух. Демократия дала людям голос и упирается в свою границу там, где множество голосов превращается в шум без направления, лишённый механизмов самоисправления. Автократия показала решительность и порядок ценой достоинства и творческой силы, без которых ни одно общество не остаётся живым.
Ни один из этих проектов не является просто ошибочным. Каждый дошёл до внутренней границы, которую не может перейти по собственной логике. И эти границы проступают сегодня так резко потому, что условия, в которых возникли те порядки, коренным образом сместились. Большие вызовы современности больше не национальны, больше не отделены друг от друга и больше не медленны. Изменение климата, концентрация богатства, переворот, вызванный цифровыми технологиями, и размывание общего отношения к истине сцеплены друг с другом. Они усиливают друг друга и развиваются быстрее, чем сложившиеся институты успевают с ними справиться. Порядок, построенный для более медленного и более разделённого мира, уже не может надёжно управлять миром связанным и ускоренным. Мы имеем дело не со сломанной шестерёнкой, которую можно заменить. Мы имеем дело с машиной, чья конструкция больше не соответствует условиям.
На этом фоне SOLIS не считает себя ещё одной идеологией. Это ответ на трезвый анализ того, чего не хватает, и этот ответ сводится к четырём необходимостям.
Во-первых, нужен порядок, который приводит в равновесие человека, планету и технику, вместо того чтобы подчинять одно другому: не человека над природой, не машину над человеком и не экономику над всем. Во-вторых, нужен порядок, который не максимизирует краткосрочную прибыль, а направлен на долговечность, устойчивость и общее благополучие. Рост, пожирающий основы собственной возможности, не есть прогресс. В-третьих, нужен порядок, который поощряет изобретения, не жертвуя их этическими границами. Он ставит самые мощные инструменты современности, от искусственного интеллекта до генной инженерии, на службу человеку, вместо того чтобы отдавать человека им во власть. В-четвёртых, нужен порядок, который соединяет знание дела и совесть, причём не через принуждение, деньги или накопление власти, а через смысл и общую направленность. Глубочайшие переломы истории никогда не были только техническими, они всегда были и культурными, и этическими движениями.
Легко возразить, что такой проект утопичен. Однако он не исходит из предположения, что человечество станет лучше. Он исходит из понимания, что продолжать как прежде как раз и есть самое маловероятное. В мире, чья экологическая, технологическая и геополитическая судьба общая, продление существующего не безопасный, а самый рискованный из всех вариантов. SOLIS опирается на прочные элементы человеческого опыта, на изобретательность, этическую глубину и способность мыслить дальше непосредственно своего, и складывает их в порядок, который держит.
Человечество на распутье
Никогда ещё у человечества не было такой власти над собственной судьбой. Мы можем изменять гены, покидать планету, превращать мир в один-единственный разговор и использовать или уничтожать ресурсы в масштабах, немыслимых ещё несколько десятилетий назад. И никогда ещё мы не стояли так близко к пропасти, потому что вместе с властью мы не развили в себе мудрости, внимательности и чувства общего. Поэтому то, что сложившиеся порядки дошли до своих границ, не абстрактный диагноз. Это видно по нескольким одновременным кризисам, каждый из которых тяжёл сам по себе, а настоящую картину они дают лишь в своей сцепке.
Экологический кризис самый фундаментальный, потому что затрагивает материальную предпосылку любого общества. Хозяйство, которое расходует ресурсы быстрее, чем они восстанавливаются, и обращается со стабильностью климата как с бесплатным приданым, подрывает условия собственного существования. Ни благосостояние, ни прогресс нельзя надолго обеспечить на дестабилизированной планете. Социальный кризис проявляется в концентрации богатства и шансов, которая подтачивает сплочённость обществ. Там, где разрыв между участием и исключением становится слишком широким, обещание равенства перед законом теряет ощутимую почву, а вместе с ним и доверие, на котором держится любой порядок. Технологический кризис особого рода, потому что он меняет не только средства, но и самого человека. Цифровые системы сегодня определяют, что люди воспринимают, как они судят и на что направляют своё внимание. Там, где эти системы служат только извлечению выгоды из внимания, возникает тихое управление, ускользающее от сознательного контроля.
Политический кризис вытекает из предыдущих. Там, где институты больше не справляются с проблемами, тает доверие. Там, где тает доверие, власть получают простые ответы, которые не решают трудных положений, а лишь прикрывают их. Устойчивые демократии начинают шататься, авторитарные модели становятся привлекательнее, потому что обещают способность действовать. Наконец, кризис смысла наименее заметен и действует глубже всех. Порядок, который обращается к человеку прежде всего как к потребителю, рабочей силе и точке данных, оставляет без ответа вопрос, который невозможно заглушить: ради чего всё это. Мы уже не знаем, что такое достаточно, что такое хорошо и что значит «мы». Потребление заменяет значение, развлечение заменяет осмысление, эффективность заменяет человечность. Без прочных ответов на вопрос о смысле распадается внутренняя опора, из которой общества черпают свою стойкость.
Эти кризисы нельзя решить по отдельности и один за другим, потому что они обусловливают друг друга. Именно в этом обоснование цельного проекта: порядок, который рассматривает экологию, экономику, право, образование, культуру и технику как отдельные ведомства, потерпит неудачу на стыках, где и лежат настоящие проблемы. Поэтому SOLIS начинает не с отдельной реформы, а со взаимосвязи.
Пять этических основ
Любому долговечному порядку нужен фундамент, лежащий глубже его законов, его техники и его институтов, ведь они меняются, а фундамент должен держать. Он состоит не из бетона, не из денег и не из власти, а из ценностей. В SOLIS это пять основ. Они вводятся здесь не как символ веры, а как действующие принципы: каждая из них исключает определённые порядки и влечёт за собой определённые институциональные следствия.
Достоинство человека
В центре стоит человек как самоценность, а не как средство: независимо от происхождения, пола, возраста, убеждений или работоспособности. Из этого не следует, что все люди одинаковы, но следует, что они равны по ценности. Порядок, принимающий этот принцип всерьёз, не вправе делить людей на полезных и бесполезных и не вправе бросать кого-либо, потому что тот считается непродуктивным. Девяностолетняя женщина с деменцией не обуза. Она часть сообщества и имеет право на заботу. Беженец не статья расходов. Он человек со своей историей, болью и надеждой. Институциональное следствие таково: базовое обеспечение, не зависящее от трудового пути, и право, которое защищает слабого так же, как сильного.
Равновесие личности и сообщества
Человек не одинокий боец и не простой элемент коллектива. Он общественная личность, которой нужны свобода, чтобы расти, и сообщество, чтобы процветать. Свобода одного кончается там, где она разрушает благо сообщества. Благо сообщества нельзя определять так, чтобы оно раздавливало достоинство отдельного человека. Это равновесие не состояние, а живой танец, который приходится всё время заново выверять. Для этого нужны институты, которые проводят именно это взвешивание, а не решают дело в одну сторону. Предприятие не вправе обходить экологические нормы ради большей сиюминутной прибыли, потому что это вредит сообществу. Но и сообщество не вправе решать через головы людей, что хорошо для всех, без участия, диалога и уважения.
Ответственность за планету
Земля не декорация и не склад сырья. Она живой мир, от которого зависит любое общество: живая система, которой мы не владеем, а к которой принадлежим. Отсюда обязательство к такому использованию, которое допускает восстановление, к величайшей осторожности при вмешательстве в экосистемы и к защите природных основ как главной задаче, а не побочной теме. Этот принцип не моральное дополнение, а условие выживания: ни одна система, ни одно благосостояние и ни один прогресс не могут существовать на умирающей планете. Он объясняет, почему в SOLIS природные основы изъяты из частного присвоения и почему живой мир получает собственный голос в решениях порядка.
Поощрение знания и мудрости
SOLIS основывает свои решения не на власти, деньгах или идеологии, а на лучших доступных знаниях, соединённых с этическим суждением. Знание без этики может быть разрушительным, власть без знания слепа. Держит только их соединение. Отсюда обязательство к непрерывным исследованиям, к проверяемости допущений и к открытому доступу к знанию. И отсюда понимание, что одного ума недостаточно. Нужна дальновидность, которая продумывает последствия на поколения вперёд, и смирение, которое допускает собственную ошибку. То и другое вместе мы называем мудростью.
Долгосрочная устойчивость
Ценность порядка проявляется не в спокойные времена, а в кризис. Поэтому SOLIS построен на стойкости. Он способен учиться, потому что может исправлять себя. Он силён, потому что устроен децентрализованно. И он гибок, потому что всерьёз принимает обратную связь. Здравоохранение, которое переживает эпидемию, не рухнув. Энергосеть, в которой отказ одной части принимают на себя другие. Общественность, которая распознаёт ложь раньше, чем та подействует. Так выглядит устойчивость. В будущем, отмеченном экологическими, геополитическими и технологическими неопределённостями, этот порядок должен не просто выстоять. Он должен выходить из испытаний окрепшим.
Эти пять основ образуют мерило, которым можно измерить каждую следующую главу. Они компас, который направляет отдельные решения, и одновременно условие того, чтобы из множества отдельных правил получился порядок, а не лоскутное одеяло. И они больше чем правила для институтов. Они и позиция, в которую люди могут врастать: уважение ко всякой жизни, правдивость в слове и деле, ответственность за собственные поступки, защита слабых и признание свободы другого как условия собственной. Мы строим не карточный домик. Мы строим фундамент, который должен держать и через сто, и через пятьсот лет: живую систему, которая может расти, учиться, ошибаться, обновляться и снова и снова подниматься.
Узкое ядро и широкая свобода
Одно недоразумение нужно устранить с самого начала. То, что SOLIS покоится на пяти не подлежащих торгу основах, не означает, что он предписывает человеку, в чём состоит его хорошая жизнь. Основы образуют узкое, твёрдое ядро. Над ним лежит большая свобода. Что такое смысл, счастье и полнота жизни и какие пути к ним ведут, определяет не порядок, а каждый человек и каждое сообщество для себя. Порядок, который закрепил бы и это, был бы уже не рамкой, а мировоззрением, возведённым в закон. Поэтому SOLIS строго разделяет, что действует для всех и что принадлежит каждому: узкую почву неприкосновенного и над ней простор различного. Это разделение повторяется во всём труде, от культуры до мирового порядка, и в нём причина того, почему SOLIS не боится многообразия, а нуждается в нём.
Метод и построение труда
Притязание этого труда требует определённого метода, и разумно раскрыть его прежде, чем будут развёрнуты отдельные области.
Первое положение касается связи принципа и института. Ценность, которая не переведена в проверяемое правило, процедуру или учреждение, остаётся без последствий. Поэтому этот труд не довольствуется описанием желательных состояний. Он называет, насколько может, механизмы, благодаря которым они сохраняются, в том числе и прежде всего на случай, если отдельные участники попытаются злоупотребить порядком. Поэтому там, где вводится принцип, всегда нужно спрашивать, как он защищён. Второе положение касается применения порядка к самому себе. Самый трудный вопрос любого общественного устройства не в том, как оно управляет своими гражданами, а в том, как оно ограничивает собственную власть. SOLIS отвечает на него не высшим контрольным органом, который сам оставался бы бесконтрольным. Он применяет те же принципы к собственным институтам: прозрачность, разделение властей, обратную связь с гражданами, защиту от захвата. Эта мысль несёт главу о порядке власти и повторяется во всём труде. Третье положение касается честности по отношению к собственному проекту. Там, где решение лишь приближение, труд так и говорит. Там, где путь может не удаться, он называет опасность.
На этой основе разворачивается построение. Первая глава закладывает этический фундамент. Вторая набрасывает порядок власти: основные права, Кольцо институтов и общественность. Третья говорит о праве, четвёртая о безопасности, обороне и мире, пятая об экономике и ресурсах, шестая о планете. Затем следуют образование и знание, здоровье и благополучие, культура и смысл, а также техника, искусственный интеллект и место человечества в более широкой взаимосвязи. Одиннадцатая глава посвящена детям и семьям как фундаменту, на котором покоится любое долговечное изменение, двенадцатая пути от существующего к этому порядку, тринадцатая отношению SOLIS к миру. Заключительная глава сводит вместе основы и составные части и обращает взгляд вперёд.
Через главы со второй по тринадцатую, кроме того, проходит женщина по имени Мара. Она вымышлена, как и город у реки, в котором она живёт. Но всё, что с ней происходит, в точности то, что проектирует эта книга. Поэтому она стоит в начале каждой главы: чтобы порядок можно было не только понять, но и увидеть.
Области опираются одна на другую, но каждая понятна и сама по себе, так что труд можно читать от начала до конца или осваивать выборочно. Не каждый думает в одной и той же последовательности: одни приходят через окружающую среду, другие через образование, третьи через вопрос о смысле. Поэтому этот труд есть сеть, а не каркас, и всё же в конце он складывается в одну картину. Это не текст для успокоения. Это проект для спора, написанный для всех, кто считает возможным не только управление существующим, но и принципиально иной и вместе с тем прочный порядок.